На скамью подсудимых попала бухгалтер транспортной компании в Сухом Логу

01-06-2010

Около четырехсот тысяч рублей на личные нужды. Хищение денежных средств в особо крупном размере с использованием служебного положения - по такой статье на скамью подсудимых попала бухгалтер транспортной компании в Сухом Логу.

Это даты, когда снимали и переводили деньги. В запросе из банка директор транспортной компании увидел все операции, которые проделала его бухгалтер, когда и куда шли денежные средства. Теперь убежден - все четыре месяца работы она похищала деньги фирмы.

Принцип "доверяй, но проверяй" в этой фирме теперь будут помнить вдвойне. В свое время директор передал бухгалтеру свою электронную цифровую подпись. Что и позволяло направлять в банк электронные расчетные документы. В итоге, по данным следствия, женщина присвоила почти четыреста тысяч рублей. Сегодня в сухоложском городском суде состоялось первое слушание по этому делу.

Судебное заседание перенесли. В связи с тем, что у обвиняемой появился еще один защитник. Ему предстоит ознакомиться с делом, а это два тома. Но уже сейчас его позиция тверда - реальных доказательств мошеннических действий нет.

В этом деле мне довелось участвовать в качестве защитника бухгалтера, которого обвиняли то в мошенничестве, то в присвоении или растрате, вообщем, что предварительное расследование, что государственный обвинитель не могли определиться с квалификацией преступления. Но суд первой инстанции соблюдая обвинительный уклон смело вынес обвинительный, но не законный приговор. В ходе работы по делу была выстроена позиция защиты, которая не позволила кассационной судебной инстанции согласиться с обвинительным приговором Сухоложского городского суда. Свердловский областной суд отменил обвинительный приговор.

Александр Козлов

 

Приговор Суголожского городского суда

Приговор Суголожского городского суда Приговор Суголожского городского суда Приговор Суголожского городского суда
Приговор Суголожского городского суда Приговор Суголожского городского суда  

Кассационная жалоба

Сухоложским городским судом 7 июня 2010 года провозглашен обвинительный приговор в отношении Пивоваровой И.Н.

Суд постановил приговор без доказательств вины Пивоваровой И.Н.

Перечисленные в приговоре доказательства не доказывают вину Пивоваровой.

Показания Пивоваровой опровергают выводы суда.

Показания Бунькова нельзя считать достоверными, поскольку Буньков был уличен во лжи, пытаясь обвинить Пивоварову в хищении денег, в то время как полученные Пивоваровой деньги на свою расчетную карту были потрачены по указанию Бунькова на приобретение контейнера. В настоящее время в отношении Бунькова возбуждено уголовное дело по ст.159 УК РФ по факту его деятельности в качестве директора ООО «Уралспецрегион», он находился на излечении в наркологическом отделение Свердловской областной психиатрической больницы. Ранее привлекался к уголовной ответственности.

Свидетельство о регистрации, свидетельство о постановке на учет в налоговом органе, копия учредительного договора ООО «Уралспецрегион» не подтверждают вину Пивоваровой.

Оглашенные показания Буньковой не содержат сведений о вине Пивоваровой.

Из показаний свидетеля Показаньевой следует что на момент начала ее работы в «Уралспецрегион» бухгалтерские документы побывали у некоего Быкова, к которому Буньков их отдавал после увольнения Пивоваровой и в том виде в котором они достались ей, она не может сказать как велся бухучет до нее, но если учесть отсутствие бухгалтерских книг, то бухучет без них она считает ненадлежащим. При этом были ли такие книги при Пивоваровой и, что в них содержалось она не знает.

Несмотря на отсутствие бухгалтерской документации она считает, что Пивоварова начисляла себе зарплату больше чем ей полагалось, почему она так считает и на основании чего, объяснить не может.

Полагаю, что такие показания равны нулю в шкале измерения вины Пивоваровой.

Свидетель Лебедева работник Фонда развития малых предприятий слышала от Бунькова, что тот ее подозревает в хищении 100000 рублей. Со счета ООО «Уралспецрегион» были переведены деньги в Фонд в счет погашения займа Пивоваровой, однако какого-либо договора между Фондом и ООО «Уралспецрегион» по которым проводились бы такие платежи не было, поддерживает дружеские отношения с Буньковым, была у него в бане. При этом наверняка могла поинтересоваться у Бунькова - зачем это деньги с «Уралспецрегион» перечисляются в счет погашения займа Пивоваровой. А если учесть, что общение Лебедевой и Бунькова не ограничиваются совместным отдыхом и ее рабочий кабинет расположен напротив кабинета Бунькова, то вряд-ли такой перевод денег был без ведома Бунькова.

Копия договора аренды, по которому «Уралспецрегион» арендовал помещение у Фонда развития малых предприятий, копия договора целевого займа Пивоваровой в Фонде, подтверждает мое мнение, а не вину Пивоваровой. Наличие долговых обязательств, как указал суд, совершенно не говорит о виновности Пивоваровой.

Кредитный договор Пивоваровой с Париба-банком не доказывает вину Пивоваровой. А перечисления со счета Уралспецрегион на счет банка не могут погашать кредит Пивоваровой, поскольку у банка не имеется никакого договора с Уралспецрегион позволяющего производить такие операции. В силу федерального закона банк не вправе не принять перечисленные ему деньги, но зачислить их в счет погашения кредита Пивоваровой он не может.

Показания свидетеля Сабировой недопустимы, поскольку основаны на слухах и рассказах Бунькова. Очевидцем событий она не была.

Свидетель Пивоваров суду сообщил, что подписывал договор, который принесла с работы его жена, в договоре была подпись директора Бунькова, однако каких-либо услуг ООО «Уралспецрегион» он не оказывал.

Данный факт подтверждает, что перечисление денег на карточку свидетеля Пивоварова было санкционировано директором Буньковым и требовалось для обналичивания денег на предприятии, поскольку касса отсутствует.

Свидетель Журавлев подтвердил, что зарплата на предприятии не соответствовала указанной в приказах и была значительно больше. Выдавалась зачастую не как зарплата а по иным статьям расходов. Все это было связано с отсутствием на предприятии кассы.

Летом доставлял контейнер на дачу Бунькову вместе с Неустроевым.

Его кредит в банке погашался таким же образом как и у Пивоваровой путем перечисления денег со счета «Уралспецрегион» напрямую в банк.

Копия заявления Журавлева о перечислении денег в банк, означает сложившуюся практику на предприятии. Эта копия была заявления предоставлена Буньковым. Тот факт, что копию аналогичного заявления Пивоваровой Буньков не предоставил суду не означает виновность Пивоваровой.

Документы подтверждающие денежные переводы подтверждают лишь только переводы и не содержат сведений о противоправности действий Пивоваровой.

Справка ООО «Уралспецрегион» о том, что в качестве зарплаты Пивоваровой было выплачено 48249рублей 75 копеек, а остальная сумма получена неправомерно является недопустимым доказательством, так как источником ее является заинтересованное лицо – директор Буньков, сведения в справке голословны, не подтверждаются бухгалтерскими документами, расчет зарплаты не ясен, отсутствуют сведения в какие дни и по каким расчетам и на основании каких документов была произведена законная зарплата, а в какие дни незаконные выплаты.

Справка была получена по инициативе суда, в то время когда сбор доказательств обвинения возложен на сторону обвинения и суд не вправе дополнять обвинение.

Из протокола явки с повинной Пивоваровой следует, что она перечисляла денежные средства со счета ООО «Уралспецрегион» на свой счет. Однако, что она это делала противоправно и без разрешения Бунькова в протоколе нет ни единого слова.

Делая вывод о совершении преступления Пивоваровой, суд не разъяснил в каких именно переводах было хищение, а в каких законное получение денег.

Как установлена сумма похищенного? Как была исчислена зарплата Пивоваровой? Можно-ли верить справке, в которой данные «с потолка». Не имея возможности устранить эти существенные пробелы в обвинении Пивоваровой суд их просто проигнорировал, подтвердив общий «обвинительный уклон» судебной системы, когда факт передачи дела в суд, автоматически означает осуждение обвиняемого.

Доводы защиты о грубейших процессуальных нарушениях при расследовании дела, не позволяющих признать ни одно из доказательств допустимым, суд отклонил одним немотивированным абзацем, сообщив, что не усматривает процессуальных нарушений по делу. Этим суд нарушил требования части 4 статьи 7 УПК РФ, обязывающей дать мотивацию и обоснования своим выводам в приговоре.

В силу неконкретности обвинения, выраженной в указании сумм похищенного и прочих сумм в целых и сотых рубля, суд не мог дополнять обвинение и выходить за его рамки, а следовательно и указывать сумму в рублях и копейках, а должен был принять решение, предусмотренное п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ.

На основании изложенного, в соответствии с 373, 375, 378 ч.1 п. 2 УПК РФ, прошу:

Приговор Сухоложского городского суда от 7 июня 2010 года отменить и дело прекратить.

 

Защитительная речь

Закончилось судебное следствие, и стала очевидна необоснованность обвинения Пивоваровой И.Н. в совершении преступления, в квалификации которого не был уверен как орган предварительного расследования, так и государственный обвинитель. Возбуждено уголовное дело по ст.160 УК РФ, обвинение предъявлялось по ст.159 УК РФ и одновременно по ст.160 УК РФ, после возврата дела прокурором следователю, обвинение перепредъявлено по ст.159 УК РФ, после возврата дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ в связи с неверным указанием в обвинительном заключении номера платежного поручения, вместо устранения выявленных недостатков – исправления номера платежного поручения, следствием почему-то изменяется квалификация на ст.160 УК РФ.

Так совершала ли Пивоварова преступление, если даже сторону обвинения в части определения состава преступления «штормит из стороны в сторону»?! Думаю нет, и это подтверждают материалы дела, допрошенные свидетели.

На предварительном следствии конкретно не было определено что именно совершила Пивоварова - присвоение или растрату чужого имущества и в чем это выразилось. В тексте обвинения имеются взаимоисключающие и неконкретные формулировки. В одной из них следователь утверждает, что Пивоварова совершила присвоение и растрату, в другой более неопределенно – присвоение или растрату.

Если следователь считает что совершены как присвоение, так и растрата, то почему он не указывает конкретно в каком действии Пивоваровой усматривается присвоение, а в каком растрата? Если он сам не знает, то зачем предъявлять обвинение?

В обвинительном заключении перечислено 34 перевода денежных средств со счета ООО «УралСпецРегион» и ни один из них конкретно не определен как присвоение либо растрата.

Как растрата должны квалифицироваться противоправные действия лица, которое в корыстных целях истратило вверенное ему имущество против воли собственника путем потребления этого имущества, его расходования или передачи другим лицам.

Присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника.

Почему следствие и прокурор оставляют обвинение не конкретным?

Как защищаться от такого обвинения?

В обвинении указаны 34 перевода денежных средств на общую сумму 380 728 рублей. А сумма похищенного, по мнению следствия меньше и составляет 332 478,25 рублей, однако в каких переводах Пивоварова перечисляла деньги законно, а в каких противоправно опять не указано.

Какой перевод денег суду следует считать законным, а какой нет, суд должен догадаться сам, а может просто бросить жребий?

Следователь посчитал, что зарплата Пивоваровой за все время составляет 48 249, 75 рублей. Но откуда он взял эту сумму для всех остается загадкой. В приказе о приеме на работу Пивоваровой указан оклад 10 000 рублей. Других сведений о зарплате Пивоваровой в деле не имеется. Как был произведен такой расчет и в какие дни ей была выплачена такая зарплата?

На эти вопросы ответов сторона обвинения не предоставила.

Удивляет и то, что денежные суммы в обвинении указаны именно в таком виде как 48 249, 75 рублей, 332 478,25 рублей, хотя в Российской Федерации деньги выпускаются в оборот и подлежат учету в виде рублей и копеек. Сумм в рублях и копейках в обвинении не фигурирует, а следовательно опять нельзя говорить о конкретности обвинения.

Сторона обвинения утверждает, что ООО «УралСпецРегион» был причинен материальный ущерб в конкретной сумме. А как это было установлено. В суде выяснилось, что никакой инвентаризации, аудита, бухгалтерской экспертизы проведено не было. Откуда тогда взялась конкретная сумма? Ходатайство стороны защиты о проведении судебно- бухгалтерской экспертизы было оставлено без удовлетворения в связи с отсутствием в материалах дела первичной документации. Но разве отсутствие такой документации служит основанием к голословному обвинению Пивоваровой?

В суде установлено, что на предприятии отсутствовала касса, а при таких обстоятельствах первичная документация для проведения судебно-бухгалтерской экспертизы не требуется, поскольку все движение материальных средств зафиксировано на банковских счетах.

Все обвинение строится на показаниях директора Бунькова С.В., который утверждает, что не разрешал Пивоваровой производить переводы денежных средств. А что нам говорят факты. Факты говорят, что Буньков лично предал свою цифровую подпись директора - Пивоваровой для осуществления платежей. Именно такую финансовую политику определил сам директор и одновременно учредитель на своем предприятии, и Пивоварова ее исполняла. Как же мы теперь объективно определим какие платежи он разрешал а какие нет. Сказать после ссоры можно все что угодно.

Сам факт перевода денег, не означает хищение. О том, что на предприятии царствовал особый финансовый порядок и инициатором его был сам директор, нам красноречиво подтвердили допрошенные свидетели.

Расходование материальных средств производилось не в соответствии с целями указанными в оформленных документах. С ведома директора оплата ремонта машин, выдача премий и другое оформлялись как расходы на офисные услуги. Все это связано с отсутствием на предприятии кассы и для получения наличности применялись вот такие схемы, в том числе и заключение фиктивных договоров как в случае с супругом Пивоваровой. Зарплата выплачивалась не в установленные дни, а при поступлении денег на счет предприятия. Работникам выдавались премии в зависимости от успешности сделок, настроения директора, знаменательных дат и прочее. Фактическая величина заработка у водителя Журавлева в несколько раз превосходила установленный приказом оклад, и это относилось и к остальным работникам.

Настораживает и тот факт, что оклад у водителя составлял 15000 рублей, а у главного бухгалтера – 10000 рублей, у директора – 15000 рублей.

Такая несоразмерность оплаты должностному положению говорит о «серой зарплате» и «черной кассе», существование которых в суде подтвердил Буньков С.В., поскольку премии работникам, в том числе и Журавлеву начислялись не как зарплата и премии, а как расходы на офисные услуги, бензин и подобное.

Более того, из показаний свидетеля Показаньевой и потерпевшего Бунькова следует, что такой порядок на предприятии продолжается. Цифровая подпись директора продолжает быть у главного бухгалтера, кассы по-прежнему нет. Директору только стоит заявить, что очередной платеж он не разрешал и вот вам новое дело против другого бухгалтера!

Вроде бы на предприятии «полный бардак», однако в действительности, работники, получившие деньги по нецелевым перечислениям «все в кулаке» у Бунькова, а особенно бухгалтер.

Чтобы совершить присвоение или растрату чужого имущества необходимо, чтобы оно было вверено этому лицу.

Как бухгалтер, Пивоварова осуществляла в рамках трудового договора, бухгалтерский учет денежных средств, а функциями распоряжения деньгами был наделен лишь директор. Тот факт, что директор передал свою цифровую подпись Пивоваровой, носит скорее личный характер как и принятие ее на работу без соответствующего образования, и не означает, что Буньков ей вверил денежные средства предприятия, поскольку применять эту подпись Пивоварова могла лишь с разрешения директора. Полномочия директора, Буньков Пивоваровой не передавал. Вот если бы директором была Пивоварова, а Буньков контролировал ее как учредитель, тогда Пивоваровой как директору были-бы вверены денежные средства и электронно-цифровая подпись на ее имя подтверждала бы это. А в данном случае претензии учредителя Бунькова должны быть к директору Бунькову.

Таким образом, утверждения обвинения о том, что Пивоваровой были вверены денежные средства не соответствуют действительности.

По делу установлены ложность показаний директора Бунькова. Так по перечислению денежных средств на оплату контейнера, было установлено, что контейнер в действительности приобретался и был доставлен на садовый участок самому Бунькову, при этом обвинение вменяет Пивоваровой это перечисление денег в преступление.

Все обвинение строится на показаниях директора Бунькова, который уличен во лжи, ранее неоднократно привлекался к уголовной ответственности, проходил лечение в Свердловской областной клинической психиатрической больнице. По заявлению Пивоваровой И.Н. о нарушениях в хозяйственной деятельности ООО «УралСпецРегион», 26 августа 2009 года Сухоложским городским прокурором Васильевым В.В. выявлены признаки состава преступления в действиях директора Бунькова С.В., предусмотренные ст.159 УК РФ.

Если прокурор продолжает верить Бунькову, то вероятно этой верой можно сдвигать горы, но в основу обвинительного приговора ее положить нельзя.

По делу допущены ряд значительных процессуальных нарушений, которые существенно нарушили право на защиту Пивоваровой И.Н.

Так доказательства, полученные в ходе расследования дела следователем Волковой А.А. не могут быть допустимыми, а предъявленное обвинение законным, поскольку принятие и расследование дела данным следователем незаконно.

Своим постановлением от 31 декабря 2009 года заместитель прокурора Тимофеев В.Ю. в рамках своих полномочий (п.12 ч.12 ст.37 УПК РФ) возвратил дело для дополнительного следствия и устранения выявленных недостатков старшему следователю майору юстиции Коковину Н.В. (т.2 л.д.116) Однако дело вдруг приняла следователь Волкова А.А.

Почему это произошло, в материалах дела ответа нет. Если дело было изъято у следователя Коковина и передано Волковой, то где мотивированное постановление об этом руководителя следственного органа. Где вообще какое-либо постановление или поручение руководителя следственного органа о расследовании дела следователем Волковой?

Приняв незаконно дело к производству Волкова и далее грубо нарушает право на защиту Пивоваровой И.Н. – она проводит следственные действия в отсутствии защитника Козлова А.В. Защитник вообще не вызывается, несмотря на то, что он допущен в дело судом.

Право обвиняемого пользоваться услугами тех защитников, которых они выбрали. Пивоварова неоднократно и на следствии и в суде просила о допуске Козлова в качестве защитника. Наличие двух и более защитников законом не запрещается и количество защитников их личности определяет сам обвиняемый. Именно так реализуется и обеспечивается право на защиту в уголовном процессе. Однако надлежащая защита, ту которую Пивоварова выбрала сама и не отказывалась от нее, Пивоваровой не обеспечивалась.

Выводы об отсутствии нарушений права на защиту судебной коллегии по уголовным делам Свердловского областного суда на том основании, что на момент проведения следственных действий с Пивоваровой в деле отсутствовал ордер адвоката Козлова А.В. – ошибочен, поскольку суд не вник в существо нарушения, я не мог предоставить в дело ордер, поскольку не являюсь адвокатом.

Следователь Коковин вообще оставил ходатайство Пивоваровой И.Н. о допуске к ее защите Козлова А.В. наряду с адвокатом (т.2 л.д.13) без какого-либо разрешения. Ни отказал, ни удовлетворил, и продолжил расследование, тем самым собрав недопустимые доказательства по делу. Именно в связи с таким грубейшим нарушением права на защиту, Пивоварова отказалась давать показания на следствии.

Гражданский иск Бунькова не может быть рассмотрен, так как постановление о признании гражданским истцом не соответствует требованиям закона – Бунькову не разъяснялись права и ответственность гражданского истца, о чем свидетельствует отсутствие подписи следователя.

Полагаю, что при таких обстоятельствах нет ни материальных ни процессуальных оснований к признанию Пивоваровой И.Н. виновной в совершении преступления.

Рамки предъявленного обвинения не позволяют суду сделать вывод о совершенном Пивоваровой И.Н. преступлении, а дополнять обвинение суд не может в силу требований ст.252 УПК РФ. Событие преступления и ущерб от него не установлены, поэтому имеются основания, предусмотренные п.1 ч.2 ст.302 УПК РФ для постановления в отношении Пивоваровой Ираиды Николаевны оправдательного приговора.